«Все на свете помешаны на сексе!»

Актриса Шэрон Стоун — об отношениях с Голливудом, окружающими и самой собой.

Нет женщины, которая в зрелые годы не мечтала бы выглядеть как Шэрон Стоун. Роко­вой блондинке из «Основного инстинкта» 10 марта 2015 года исполнилось пятьдесят семь лет, и она остается одной из самых сексуальных актрис. Впрочем, любим мы ее не только за это.
Активная­ гражданская позиция Стоун выходит далеко за пределы киносообщества: она помогает нуждающимся (например, ВИЧ-инфицированным и жертвам стихийных бедствий), а в интервью рассуждает о политике. Все это не в ущерб ­работе.
В этом году выходит сразу два фильма с Шэрон в главной роли — драма ­«Золотой мальчик» (Un Ragazzo d’Oro) и мелодрама «Как насчет любви?» (What About Love).
 По-моему, смешно считать, будто все мы не помешаны на сексе. Среднестатистический человек думает о нем каждые двадцать секунд, не так ли? И это абсолютно нормально, потому что если бы не секс, нас бы вообще не было.
Когда вышел «Основной инстинкт», никто ни разу не сказал: «Меня шокировало, что ваша героиня — маньяк-убийца». Зато всех привела в исступление сцена, где я демонстративно кладу ногу на ногу, обнажая промежность. Думаю, все дело в том, что я играла сильную женщину, которая полностью осознает свою сексуальность.

В 1990-е годы я сознательно сделала ставку
на откровенно сексуальный образ, а сейчас
не пытаюсь специально освоить какое-то конкретное амплуа. Понятия не имею, кого сыграю в следующий раз. Главное, чтобы персонаж был ярким.

Горжусь тем, что я — часть Голливуда. Мир кино куда более благородный и интеллектуальный, чем, например, мир политиков Вашингтона или сообщество бизнесменов Нью-Йорка. Наши люди не только производят качественный продукт, они еще и не боятся быть честными и во всеуслышание говорить то, что думают, даже если это может навредить их карьере.
Я вовсе не собираюсь становиться «женщиной без возраста». Наоборот, хочу научиться принимать свой возраст. Помню, когда мне было сорок с чем-то, я заперлась в ванной с бутылкой вина и сказала себе, что не выйду до тех пор, пока не смогу полюбить свою внешность такой, какая она есть.
У нас с сестрой своя философия — жить ради других. В один прекрасный день мы решили порвать со всеми друзьями, не разделяющими эту позицию. Одного из таких мы, правда, оставили, потому что чувствовали, что он способен измениться. Так и произошло. Когда пронесся ураган «Катрина», друг был настолько потрясен горем и лишениями пострадавших, что расплакался. А вскоре записался добровольцем в бригаду помощи.
Не хочу становиться политиком — меня часто об этом спрашивают. Могу сказать, что пока не готова, еще рано. Но кто знает? Возможно, однажды я изменю свое мнение. В конце концов, женщин в правительстве всегда не хватает.

Став буддисткой, я поняла, что стыд придумал человек, — в природе нет стыда. Это не что иное, как способ манипулировать людьми.

Когда-то моей мечтой было сыграть Гамлета, но это в прошлом. Теперь я мечтаю не о ролях, а о работе с конкретными режиссерами. Например, я бы хотела сняться у Терри Гиллиама, которого считаю величайшим кинематографистом, или у Романа Поланского.
Не понимаю женщин, которые увлекаются пластикой, даже если они и не стремятся походить одна на другую, у них именно это и получается. Один мужчина сказал мне: «Морщины вокруг губ — это скобки, в которые заключены все мудрые слова, которые ты произносишь». Мне тут же захотелось наброситься на него и расцеловать.
Источник: http://www.glamour.ru

Поделиться:

FacebookTwitterGoogleVkontakteLinkedInPinterestOdnoklassnikiEmail this page